Центр Vis-Vitalis

[Мелания]

4 июня по инициативе издателей журнала "Домашний ребенок" начат сбор подписей под обращением к Президенту в защиту находящейся в СИЗО беременной Елены Ермаковой: http://community.livejournal.com/rodi_doma/242352.html

Вскоре к обращению добавились комментарии, в поддержку Ермаковой, как акушерки. Некоторые даже заявили, что Е. Ермакова - высококвалифицированный специалист. Кроме того, тон некоторых комментариев сместил акцент письма с судьбы персонально Е.Ермаковой, на проблему легализации домашних родов в России.
Обращение к президенту с просьбой об освобождении ее до суда вызывает безусловное уважение и поддержку многих. Но то, как Ермакова и ее деятельность начинают преподноситься не только иностранным коллегам, но и на российских ресурсах, заставляет нас, руководство, сотрудников и учащихся центра Vis-vitalis, выразить свою точку зрения.

Мы не можем затрагивать юридический аспект проблемы - виновность Ермаковой должен установить суд. Но в наших возможностях оценить профессиональную сторону деятельности Ермаковой, основываясь на общедоступной информации.

В письме, которое было отправлено многим зарубежным акушерам, фигурировали факты и статистика с сайта http://www.safemother.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=68&Itemid=66 .
Эти данные приводились в качестве аргументов, свидетельствующих о том, что практика Е. Ермаковой вполне соответствует международным и российским критериям. Их мы и хотим прокомментировать, исходя из принципов и подходов мирового домашнего акушерства в целом.
Домашние акушерки Америки и Европы работают по единым стандартам практики. Хотя каждая акушерка имеет свой индивидуальный подход, тем не менее, объединяют всех акушерок универсальные ценности и понятие уровня риска. Эти понятие определяют действия и рекомендации по ведению акушеркой беременности, родов и послеродового периода.

Так как в первую очередь наиболее важная цель – здоровье матери и ребенка, существуют явные противопоказания к домашним родам, в случае появления которых добросовестная акушерка либо передает наблюдение врачу, либо переводит роженицу или новорожденного в стационар для медицинской помощи. Акушерка постоянно оценивает уровень риска для женщины и для плода, отсеивает женщин из категории высокого риска, и в случае сомнения не рискует осложнениями, а переводит в больницу. По такому принципу домашнее акушерство организовано в других странах, в результате которого смертность и осложнения у матерей и детей минимальная.
Исследования показывают, что смертность детей при наблюдении профессиональной домашней акушерки составляет 1-2 на 1000 родов. Этот процент максимально низкий, не только благодаря осторожности акушерок, но и потому, что изначально соблюдается процесс «отсева» женщин высокого уровня риска.

Неонатальная смертность в роддомах (в больницах в других странах), в отличие от домашних родов, включает всех рожениц, со всеми возможными патологиями. Поэтому для адекватного сравнения смертности при домашних родах и родах в роддомах необходимо сначала сравнивать подобные категории по уровню риска и другим факторам (например, исследование Mehl, L. E., et al. "Home Birth Versus Hospital Birth: Comparisons of Outcomes of Matched Populations." Paper presented at American Public Health Association, Miami Beach,
FL, 20 October 1976). Если следовать такому критерию, то как показало исследование, смертность детей - практически одинаковая в домашних родах и родах в роддоме.

Безопасности способствует также практика перевода женщины в больницу в случае осложнения. Существуют определенные критерии для перевода и общие принципы действия, чтобы роженицу доставили в роддом еще до того, как стало слишком поздно что-либо делать,- и мать и ребенок, с редкими исключениями, остаются целыми и невредимыми. Статистика американских акушерок показывает, что безопасный процент переводов во время родов составляет от 7 до 13% всех рожениц. Считается, что более низкий процент переводов увеличивает риск серьезных осложнений. Такое введение родов почти сводит на нет необходимость перевода новорожденного в больницу, так как остаются дома исключительно те роженицы, у которых не наблюдается сильных отклонений от нормального течения родов. Поэтому, переводы в больницу новорожденных бывает крайне редко: в исследование 5418 родов под наблюдением сертифицированных профессиональных акушерок (США) в 2000 г., перевели в больницу всего 0,7% новорожденных ( http://www.bmj.com/cgi/content/full/bmj;330/7505/1416 ).

Описание статистики в письме указывает на полное непонимание нормальной, безопасной практики домашнего акушерства:

"Более 1500 семей решили рожать дома, и попросили, чтобы Елена у них роды принимала в воде. У многих из этих женщин были риски осложнений во время родов из-за предыдущего кесарева сечения, двойни, или тазового предлежания. Только 12 женщин перевелись в роддом, а 7 из них делали кесарево. Меньше чем 10 новорожденных были переведены в больницу для специального наблюдения в течение 48 часов после родов, в том числе дети с внутриутробной инфекцией. Процент перинатальной смертности у Елены 3 на 1000 родов, что согласовывается с критерием ВОЗ. Не было материнской смерти. По сравнению, перинатальная смертность детей в России гораздо выше – 14-18 (так звучало в письме для иностранных коллег) на 1000 родов. "

Параграф, вместо того, чтобы доказать компетентность Ермаковой и разумность домашнего акушерства, доказывает прямо противоположное:

1. Автор признает, что «у многих из этих женщин были риски осложнений во время родов». Другими словами, Ермакова не обращает внимания на уровень риска и не отсеивает женщин высокого риска. Из такого утверждения следуют два вывода: а) женщина сама «виновата» в гибели своего ребенка, так как больна; и б) домашняя акушерка готова идти на любой риск, лишь бы женщина родила дома, а к осложнениям она не имеет отношения, так как «женщины такие больные».

2. «Только 12 женщин перевелись в роддом» - указывает на абсурдно низкий процент переводов (< 1%), в сравнении со средним процентом домашних акушерок всего мира (7-13%). Учитывая то, что «у многих были риски осложнений», следует, что переводов в роддом стоило бы ожидать еще чаще. Этот процент доказывает, что Ермакова слишком рисковала жизнью матерей и детей, - либо по причине своей некомпетентности, либо по причине халатности.

3. «Меньше чем 10 новорожденных перевелись в больницу»: однако эта частота 15 раз выше, чем у домашних акушерок других стран, и указывает на рискованность ведения родов, которое чаще приводит к патологии у детей.

4. «…в том числе дети с внутриутробной инфекцией». Такое утверждение демонстрирует еще раз некомпетентность акушерки, которая должна была определить признаки инфицирования ребенка во время родов (стандартное наблюдение) и предпринять правильное действие: перевезти роженицу в роддом до родов.

5. «перинатальной смертности у Елены 3 на 1000 родов»: это утверждение просто напросто не совпадает с фактами: каким образом составляет ее частота смертей 3 на 1000, если на 1500 родов произошли как минимум 6 смертей?

6. «согласовывается с критерием ВОЗ» и «перинатальная смертность детей в России гораздо выше – 14-18 на 1000 родов.» Эти утверждения не имеют основания. Документ ВОЗ по названию “Neonatal and Perinatal Mortality: Country, regional and global estimates” (2000) предоставляет стаистику Российской Федерации (и всех стран мира). В России в 2000 г. неонатальная смертность (т.е. смертность в течение 28 дней после родов) составляла 9 из 1000 родов. - http://209.85.129.132/search?q=cache:FVqHIaMqH34J:whqlibdoc.who.int/publications/2006/9241563206_eng.pdf+WHO+recommended+neonatal+mortality&cd=2&hl=ru&ct=clnk

Наша позиция состоит в том, что мы не можем оправдывать некомпетентность и халатность ни в каком виде. Мы обязаны признать свою огромную ответственность в нашем деле и требовать от себя постоянного повышения квалификации и оценки своей работы коллегами. Такой подход основан на глубоком уважении, как рожениц, так и друг друга, а также представителей официальной медицины, с которыми нам, так или иначе приходится сотрудничать.
Наша общая цель, как акушерок – способствовать нормальным, душевно удовлетворительным родам в домашних условиях.

В сфере нашей практики существуют ограничения. Однако, эти ограничения призваны обеспечить по мере возможности, оптимальные исходы для матерей и детей. Кроме того, они дают нам, практикующим акушеркам, больше возможности для сотрудничества, как между собой, так и с представителями официальной медицины, что является основой взаимопонимания и доверия друг к другу.
Мы заинтересованы в развитии домашнего акушерства как профессии и искусства, а не только в существовании родов на дому, а наше поведение должно быть безупречным по отношению к тем, кому мы служим: мамам, папам и их будущим детям.

Нас огорчает, что акция журнала ДР не является объективной, так как она не допускает альтернативный взгляд на ситуацию (высказывания "против" не публикуются на форуме и не обсуждаются).

Также мы считаем, что то направление, которое получила инициатива журнала ДР, наносит вред будущему признанию и легализации домашнего акушерства, так как консолидация заинтересованных в ней людей происходит на призыве безусловной поддержки акушерки, чья компетентность находится под большим вопросом.

[Элина]

Мне кажется, что письмо не в поддержку профессиональной деятельности Ермаковой, а скорее в поддержку ее ребенка. Все, с кем мы это письмо обсуждали и кто поставил свои подписи, говорили о том, что судить о компетентности Ермаковой мы не можем, но в любом случае такие издевательства над беременной и новорожденным недопустимы. В любом случае, даже если она виновна.

То, что я слышала о деятельности Е.Е. в последние годы, настроила меня против нее. И я тоже считаю, что подобная деятельность сильно вредит легализации домашнего акушерства. Однако подпись свою я поставила.

[Анна Читая]

А зачем вы ставили подпись, если считаете, что это во вред легализации

не кажется ли вам. что лучше было бы развести эти вопрос максимально далеко -- гражданские права Ермаковой. и судьбу домашнего акушерства?

[Элина]

Я не считаю, что подписи под этим письмом и право Ермаковой родить в нормальных условиях идут во вред легализации домашнего акушерства.

Последний абзац они зря туда добавили, на мой взгляд, но он и к Ермаковой отношение имеет весьма опосредованное.

[Анна Читая]

вот только дискуссия имеет к Ермаковой вполне конкреное отношение.
И вынесенные на первую страницу комментарии тоже.

Или вы думаете, на них никто внимание обращать не будет?

[OlyaV]

Огромное спасибо, Мелания за такой обьективный взгляд со стороны домашнего акушерства!!!
Для еще более обьктивного анализа я готова выслать Мелании свои мед. документы и экспертизу, которые разительно отличаются от того, что описала Ермакова в моем случае.

И если шаги к легализации домашнего акушерства будут рассматриваться так же обьективно, то мы первые (пострадавшие от Ермаковой) подпишемся под этим.

Ольга Васильева.

[Katerina]

Молли и ученицы центра!

Высказывания против были неоднократно опубликованны в сообществе:
http://community.livejournal.com/rodi_doma/230157.html?nc=21
http://community.livejournal.com/rodi_doma/228943.html?thread=4043855#t4043855
http://community.livejournal.com/rodi_doma/22142.html?nc=36
http://community.livejournal.com/rodi_doma/36369.html?nc=44
http://community.livejournal.com/rodi_doma/22645.html?nc=18
И ссылка на сайт Литтлуан уже была размещена.
Именно ее и просила дать Анна Читая. На вопрос Арины Покровской я ответила ей в письме и мы пришли к общему решению.
Больше сообщений на модерацию в сообществоне поступало.

Письмо президенту - это "акция" по крайней мере 1000 человек.

Подскажите, где в письме есть "призыв безусловной поддержки"?

Люди подписывают письмо, а не частные комментарии к нему.

[Элина]

[OlyaV]

Люди подписывают заведомо ложные факты.

[Анна Читая]

Катя, давайте мы опубликуем наше письмо в Роди Дома новым постом, и обсудим его там?

Отдельные комментарии, как вы понимаете, теряются, и не все заинетресованные лица имеют возможность ознакомиться с альтернативной точной зрения.

[Юлия Лабатурина]

Katerina, речь о последних нескольких днях. При невозможности высказать иную точку зрения в rodi doma, люди писали в Вашем журнале, где была выложена часть самых пафосных комментариев. Их посты напрочь снесены. Почему?

Вы искренне считаете, что выложенные на первой странице эмоциональные комментарии никак не влияют на людей?

Кстати, только сегодня были убраны комментарий, например, такой: "Свободу Елене Ермаковой!".

А вот это вообще о чем? Вы не знаете реально по какой статье ее обвиняют? Такой поток сознания надо выкладывать под серьезным письмом? И оно тоже, кстати, регулярно претерпевает изменения.

[Юлия Лабатурина]

OlyaV, к сожалению, реальное положение дел известно немногим, кто находится в непосредственной близости.
О многом мы можем только догадываться или имеем личную информацию, которую невозможно доказать.

[Katerina]

Давайте помолимся за всех нас.
Чтобы вся ненависть, злоба, зависть, весь негатив, который есть в каждом из нас вышел.
И простим друг другу.
Чтобы в нашем завтра - были здоровые и счастливые дети и родители.
И... Акушерки.

[Мелания]

Катерина!

[Ольга]

Спасибо Вам Мелания за Ваши слова! Для меня Вы расставили все точки над i.
Я подписала письмо в защиту Ермаковой, потому что считаю, что нужно изменить положение всех беременных или рожающих женщин, находящихся под следствием. Но я против присоединения к этому письму ещё и проблемы легализации домашних родов.